Недавно, гуляя по парку, видели человека, который разносил по аллеям воду, по его мнению с целью помочь отдыхающим. Он был настолько неуклюж, что, стоило ему отойти на два-три шага от грязного пожарного гидранта, то тут-же находилась на земле выбоина, куда ступал он неосторожно своим каблуком и с шумом летел на посыпанную песком дорожку, конечно-же проливая всю воду. После обеда он представлял собой довольно печальное зрелище - каблуки у него давно оторвались, волосы в беспорядке падали на лоб слипшимися сосульками, из ушей торчали какие-то куски пакли, что засунули туда разыгравшиеся дети. Не замечая уже ничего вокруг себя, он начинал думать вслух.

"Я очень хочу пить, - говорил он, - но лучше поднесу воду достойнейшим людям, ведь мне не важно мое состояние. Лучше всего я буду подносить им воду со спины, чтобы меня не заподозрили в лицемерии." - С этими словами он изловчился и приготовился совершить грациозный прыжок, но в полете зацепился за нависавшие над дорожкой ветви старых каштанов и выплеснул всю воду в затылок прохожему, и хотя он сделал это совершенно бескорыстно, не в погоне за благодарностью, на него обрушился шквал негодования, а спустя несколько минут вокруг собралась толпа, как если бы в парке выступал цыркач.

Минувшим вечером велели разжечь костры в кинозале, а кино мы обычно просматриваем под открытым небом и дым костров необходим для остановки лучей проектора, эта технология обеспечивает превращение любой картинки в голограмму, но каково же было наше удивление, когда принятый через субгравитонный портал поток с адреса http://tv.evrazia.org/video.html предстал в хотя и существенно лучшем, чем несколько дней тому назад, виде, но не таком, который обеспечивал бы благоприятный просмотр программы. В результате помех в телевидении и ежесекундной рассинхронизации изображения и звука сеанс не состоялся, в связи с чем моя дочь Алефтина даже расплакалась от огорчения. Именно за это виновным в саботаже евразийского ТВ и будут оторваны руки.

По-счастью, мимо как раз вели колонну военнопленных из одного промежуточного мира и Алефтине удалось забыться за игрою в кошки-мышки с этими угрюмыми и вечно пахнущими серой, но любимыми ею солдатами.