Об изменениях климата
...Эта занимательная теория немножечко не состыковывается с пропагандируемым повышением "температуры воздуха" на пять и более градусов, в ходе чего регулярно и с "изумительной правдоподобностью" устанавливаются якобы показатели, "бьющие рекорды" последних "ста лет". Уже то обстоятельство, что, согласно любому достоверному просвещенному источнику, сто лет тому назад человечество представляло собой дремучую массу орангутангов, не способных использовать инструменты для добычи пищи, погрязших в промискуитете и скотоложестве, должно было бы заставить задуматься о правомерности доверия к материалам пропагандистской машины международного израильского сообщества.

Но в том случае, если бы мы все-же допустили реальность данных, полученных в ходе примитивных психологических опытов, базирующихся на элементарных слабостях человеческой кондиции, могущей поверить в то, что ей только мгновение назад начало казаться, как в историческую правду, подкрепленную ответной правдой средств массовой информации, было бы досадной ошибкой не спрашивать себя, почему должная научно повышаться на доли градуса "температура воздуха" повышается на пять и более и не обусловлено ли это тем, что доли градуса никто не заметил бы?

Ставя такой вопрос, мы неизбежно обратим внимание и на то странное довольно-таки обстоятельство, что цифра пять градусов в действительности тоже не соответствует никаким подтвержденным измерениям, ведь на нашей памяти температура зимнего времени года была примерно на 15 градусов выше, чем того хотелось бы. Где-же искать тут логику, наличие которой требуется для "серьезного ученого", "эксперта"?

Мы не будем подробно останавливаться на проблематике эмуляции исторического переживания и памяти вообще, исчерпывающе рассмотренной ранее, но поиск этой логики, вводимый нами здесь с реторической целью, подводит к доктрине гиперсолипсизма, объясняющей подстройку окружающего мира к изменяемым свойствам сознания, иными словами его стремление соответствовать ожиданию, как если бы Нечистая Дева поутру смотрелась в зеркало, еще не пробудившись до конца, сверхъясным взором совершеннаго ума скептически оценивая украшения на ее теле и производя жесты, тем самым производя и вибрации, становящиеся светом, что играет на тех украшениях, и каждое украшение стремилось бы сиять намного откровеннее, чем того требовал бы необходимый минимум, во всем сквозило бы претворение великой программы-максимума, вечное пребывание на пике блеска и величия, пребывания на коем одного лишь мига достало бы до разрушения всего, что только могло бы разрушиться, его сгорания в благоухании, коее окружает Нечистую Деву, которая есть вечное существо Хаоса.

Нужно-ли указывать на тысяч и десятков тысяч субъектов гиперсолипсизма, населивших миры украшениями и облаченных в бездну, в коей прекрасной спиралью высится священный нетварный мост из Наэрго, наклонившись над перилами которого видят те реальности, что подобны одеждам, как сказано в Писании, "над бездною березы, как маленькие вечности", и о какой в сущности "температуре воздуха" может быть речь? Нельзя сказать так, "действительно, ни о какой", "действительно ни о какой", ведь в каждом сне присутствует пророк, как говорят, и сладко всякое дыхание своей неповторимой сладкотою, записанной в скрижалях Бездны буквами Небытия