К юго-востоку от сапфировых чертогов, много южнее мертвоточащей открытой раны черного креста и на одной с ним стороне реки лежит область Наэрго Р., раскинувшаяся вокруг сребренноморской впадины, конечно соединенной как с рекою, так и с раною креста каналами, и во языцах называется та область миром парадигм, чрез который, оказывается, проложен серпообразный путь к мирам воплощенной дремы существ Хаоса, таким образом являясь одним из известных путей сообщения между Наэрго и этими странными висячими "садами" - как известно, другие два знаменитых пути лежат через Эллеонерго и через спиральный мост творения. Донна Анна объясняла, что мир парадигм получил свое текущее название с легкой руки некоторых очарованных странников, часть из которых была навсегда поймана в Наэрго Р., превратясь в смотрителей. Донна Анна дала точное определение этой области как хранилища метаисторических атракционов, воплощающихся отсюда в миры творения - разумеется, в адаптированном, но сохраняющем базовые характеристики, виде. Я увидел здесь Бостонское Чаепитие, о котором писал ранее, и Хрустальную Ночь, на своем опыте постигнув нескромное очарование этих диковинок - взглянув на них единожды, вы испытываете соблазн искренней заинтересованности, приковывающей к месту. Чаепитие занимает довольно обширную территорию моря и суши, представляя собой для взгляда изнутри замкнутую вселенную, основными константами которой являются расположенный над гладью вод столб, являющий собой излияние чая, и лежащие на берегу фигуры, жадно припавшие губами к воде. Хрустальная Ночь в свою очередь целиком состоит из кристаллических звенящих структур, по которым мигрируют находящиеся там сознания, гомогенные со звоном. В Наэрго Р. сохраняется почти стерильная чистота, подобная пустоте совершенного ума, взирающего в конкретном случае на одну и только на одну вещь или одно состояние группы вещей. Поэтому так называемые малые парадигмы, проявляющиеся как устоявшиеся образы, здесь полностью отсутствуют, и даже вооружившись металлоискателем и увеличительным стеклом, не отыщете вы деревьев, на коих вместо плодов растут какие-нибудь пальцы и в ветвях которых чарующе поют.

Пока мы осматривали атракционы, я заметил, что за мной следят, и не забывал отмечать на карте маршрут этой наглой фигуры, пытавшейся слиться с тенью за киосками билетера и теми ларьками, где с лотков продавали раскаленную добела умопомрачающую болотницу, с пылу с жару, добываемую тут-же из-под земли. Я сказал моей спутнице, что собираюсь ненадолго отлучиться, и та молча кивнула, бросив на меня мимолетный взгляд, понимая, куда я намерен пойти и зачем, и зачем достаю из саквояжа раффлезию, раскладываю ее на асфальте. Издревле я использую мою раффлезию для того, чтобы при помощи бейсбольной биты приласкивать доведенных до безумия ароматом цветка и наклонившихся над ним. Тем самым я привык сокращать производственные затраты, например, чтобы найти источник заразы и с его помощью уничтожить отдельно взятую нацию, мне не надо куда-либо идти. Источники сами следуют за мной, считая, что происходит это от великого ума. Лишь один раз это чуть было не закончилось потасовкой - когда я забыл про одну из сторожевых башен, окружающих меня на моем смертенном пути. Башни полностью скрывают меня, и тогда раффлезия принимается за целевой объект.

Разглядывая ту чашку с изображением бостонского чаепития, что подарили мне на новый год, я ощутил сначала холодок, затем легкую боль в левой части головы, после чего вдоль позвоночника пробежали мурашки и я потерял сознание. "Свершилось, - подумал я, осматриваясь в кромешной темноте, - это довольно неожиданно." Чуть поодаль располагалось нечто вроде освещенного угла обеденного зала - он напоминал не то чтобы остатки моего давно угасшего мировосприятия, а скорее временное хранилище предметов, которым не нашлось места при строительстве мира. Тут находились поистине странные, да вовсе и необъяснимые вещи, например обратная сторона канделябра, так и не пригодившаяся при Творении жилых покоев, совершенно иная модель кресла-качалки, эрзац-копия шнурка для ботинок, очевидно не подошедшая ни для одного ботинка, и другие предметы. Меня, однако, куда более занимала альтернативная модель двери, через которую я и покинул это "помещение". Дверь находилась почти на разломе стены, где кончалась комната и начинался беспредельный мрак, так что, если бы не мое удивительное, почти хрестоматийное везение, то едва-ли я смог бы найти ее в сохранности.

Я вышел на берег моря и мгновенно проанализировал ситуацию. Оказывается я попал прямиком на бостонское чаепитие, которое могло бы даже самого невозмутимого исследователя удивить своей простотой. По какой-то иронии оно было лишено практически всех деталей, в особенности исторических, но сохранило, тем не менее, узнаваемый вид. Я видел человеческие фигуры, лежавшие животами вниз на берегу и с жадностью хлебавшие соленый бостонский чай. Их невозмутимости стоило позавидовать и я не стал испытывать свое терпение, а решил пройтись вдоль кромки прибоя, тем более что вдалеке заметил хижину.

(в хижине наш герой встречается с загадочным незнакомцем, носящим маску пожилого матроса, и после недолгого совещания они отправляются в ближайший бар, чтобы заказать порцию-другую виски)

Я обратил внимание на то, что алкоголь совершенно не влияет на трезвость моего ума, да и спутник мой отменно держался на ногах. Схватив меня за воротник, он поморщился и покачал головой, а затем сказал:

-Знаете, зачем я вызвал вас сюда?

-Через кружку? - Уточнил я.

-Да, через кружку.

-Позвольте, а разве не благодаря моей феноменальной силе воображения, способной раздвинуть пелену мирской иллюзии и обратить вспять не то чтобы пространство, но и само время...

-Отчасти вы правы, - в голосе пожилого матроса прозвучала легкая печаль, - но вспомните дверь в той комнате среди пустоты. Это я позаботился, еще в начале времен, о том, чтобы ее не убирали оттуда. Если бы я этого не сделал, то вы, благодаря феноменальной силе вашего воображения, навеки остались бы в окружении тех забытых или неиспользованных вещей, среди довольно скудного их ассортимента, окруженного со всех сторон пустотою.

-Позвольте поблагодарить вас за предусмотрительность...

-Не стоит. - Поморщился матрос. - Я сделал это не в обмен на вашу благодарность, а для того, чтобы сейчас вы были тут и оказали мне одну услугу.

-Какую услугу?

-Вон там за стойкой бара дверь, видите? Через нее вы попадете обратно в ваш мир. Идите туда и больше не смотрите на чашку, никогда не смотрите на чашку и не возвращайтесь к бостонскому чаепитию. Это и будет услугой, которую вы окажете мне.